В одной иконе попираемого Георгием змия оседлал маленький чертик — быть может, намек на причастность змия к дьявольской силе, о которой речь идет в житиях святого. В другой—с головы Георгия спадает шлем, быть может, потому, что изображение его трудно было сочетать с круглым нимбом, к тому же после победы голова святого должна быть увенчана венцом. В ряде икон змий с широко раскрытой пастью поднимает голову к коню, заглядывает ему в глаза, словно вступая с ним в спор. В ряде других икон Георгия встречает толпа; люди выражают свое восхищение победой — это напоминает духовные стихи, где девицы поют Георгию славу, отдавая „землю светлорусскую" под его „покров. Как ни много общего между всеми этими иконами и духовными стихами или сказаниями о богатырях, необходимо признать, что новгородские иконописцы создавали свою легенду, свой неповторимо своеобразный изобразительный миф. Если в искусстве можно говорить о художественных задачах и об их решении, то нужно признать, что именно этим безвестным народным мастерам Древней Руси удалось в своих произведениях решить задачи, над которыми трудились до них многие их предшественники. Новгородские иконы Георгия как бы завершают историческую цепь развития темы змееборства, как шедевр Рублева завершает историю темы Троицы в средневековой иконографии. Но „Троица" Рублева — это неповторимо своеобразное, единственное в своем роде произведение гениальнейшего мастера Древней Руси. Новгородские иконы Георгия лишь в своей совокупности заключают в себе то совершенство, которое содержит создание Рублева.
Один из прекрасных образов Георгия древнерусской живописи — это икона из бывшего собрания И. С. Остроухова (в настоящее время в Третьяковской галерее). Несмотря на повреждения и реставрацию, она производит сильное впечатление своей художественной цельностью и совершенством выполнения. Ее смысл, как и всякого подлинно поэтического образа, невозможно свести к одному или двум понятиям. Нельзя сказать, что новгородский мастер достиг большей достоверности и жизненности в изображении героя, чем византийский мастер, создатель луврской мозаики. Оба они не выходят за пределы правдоподобия, допускаемого в средневековом искусстве. Преимущество новгородской иконы в том, что в ней больше поэзии, вымысла, сказочности; значение ее более широкое, общечеловеческое; живописное воображение ее создателя богаче и ярче. В византийской мозаике передан лишь кульминационный момент поединка Георгия с чудовищем, а потому он имеет более ограниченный иллюстративный смысл. Наоборот, в новгородской иконе в одном изображении сосредоточено множество моментов, и потому самый образ более многогранен и содержателен.
Если следовать методу традиционной иконографической классификации, тогда остроуховский Георгий попадает в одну категорию со всеми другими рядовыми изображениями Георгия, поражающего змия. Он может послужить лишним доказательством известного положения о том, что Егорий Храбрый пользовался на Руси широкой популярностью в народе. Но если не ограничиваться простой классификацией памятников по внешним признакам, но вникнуть в смысл каждого из них, тогда историк сумеет извлечь из них не меньше данных о воззрениях древнерусских людей, об их этических и эстетических представлениях, об их духовном мире, чем из таких общепризнанных источников, как летописи и пергаментные, бумажные и берестяные грамоты.
В остроуховской иконе Георгий вонзает копье в раскрытую пасть змия и вместе с тем он скачет прочь от него, словно покидая поле боя для совершения новых подвигов. В осанке его много решимости и отваги, но скачет он изящно, не без удальства, и потому его подвигом нельзя не залюбоваться. В сущности, борьба еще не завершена, но в победе Георгия нельзя сомневаться. Притом в отличие от парных изображений святых воинов эта победа понимается в иконе не как нечто извечное и предопределенное свыше. Она достигается ценой напряжения физических и духовных сил героя и уже, во всяком случае, не магической силой молитвы, как в некоторых древних житийных текстах. Борьба дает повод проявиться смелости героя, его бесстрашию, ловкости, уверенности в своей правоте, и отсюда в образе Георгия столько жизнерадостности и бодрости. Новгородские иконы, вроде остроуховского Георгия, можно сравнить с воинскими песнями, властно зовущими людей вперед, в поход, к победе.
Похожие статьи:
Монумент “Защитникам
Москвы”
40-й километр Ленинградского шоссе . Город Зеленоград - один из новых и красивейших районов Москвы. Привольно раскинулся он в подмосковном лесув районе станции Крюково. Здесь в ноябре-декабре 1941г. Стояли насмерть защитники Родины. Отсю ...
Основные идеи теоретиков кино Риччотто Канудо, Л.Деллкжа,
А.Базена. Анализ фильма «Гибель богов»
Фильм по праву считается одним из самых сильных антифашистских произведений. Гауптштурмфюрер СС Ашенбах (Грим) изощренно, одного за другим, улавливает в свои сети представителей могущественного сталелитейного клана фон Эссенбеков, физичес ...
Архив
Архивом называют, во-первых, учреждение, на обязанности которого лежит хранение документальных источников, во-вторых — помещение, в котором хранятся документы, и в-третьих — самые собрания источников (собрания архивных материалов). Послед ...
Разделы